starka: (Simon (Firefly))
Я тут решила Светлячка пересмотреть. И в связи с этим выловила такое неожиданное чувство... обидно будет потом его забыть, так что записываю.

Впервые с этой вселенной я познакомилась практически через "не хочу", без особого энтузиазма. Мой любимый человек очень долго расписывал мне, какое прекрасное кино "Миссия Серенити". Какой это идеальный пример фильмов про космос, как там отлично уравновешены все составляющие, как хорошо - при небольшом бюджете - сделаны спецэффекты, и так далее. Настолько долго, что я, кажется, даже умудрилась его скачать с рабочего инета (в те времена у меня не было домашнего вообще, не говоря уж о безлимите). При том, что совершенно равнодушна к любым фильмам про космос - то есть такое описание никак не могло бы меня заинтересовать.
Посмотрели. И я его тут же благополучно забыла. Вот не зацепило, совсем.

И я в упор не могу вспомнить, как потом наткнулась на сериал. Никто из знакомых мне его посоветовать не мог, это я уже потом всех восторженно на него подсаживала. Наткнуться в обсуждениях тоже шанса не было, потому что не читала я тогда соответствующих сообществ. Я даже не могла его случайно скачать за компанию с чем-нибудь ещё, потому что - как уже было сказано - интернет у меня тогда был только рабочий и не вполне безлимитный. Загадка, в общем.

Но, так или иначе, я его посмотрела. После чего стало ясно, почему я не прониклась "Миссией", - там без знания истории никуда.

И вот к чему я всё это веду. То самое странное чувство.

С тем человеком, любимым, у нас всё довольно некрасиво получилось. С обеих сторон. Он заделал ребёнка бывшей девушке и в конечном счёте ушёл к ней, я читала его личную переписку и истерила на полную катушку, после расставания мы ещё год встречались и чайной ложечкой выедали друг другу мозг... в общем, это было на самом деле стрёмно и чертовски трудно пережить. И я не думаю, что хоть когда-нибудь смогу полностью восстановиться после такого. Но. При всём при этом. Я очень, очень, просто страшно хочу связаться с ним и сказать "Чувак, если ты ещё не смотрел Светлячка - СМОТРИ!!!". И всё. Вот ничего больше. Все личные счёты не имеют никакого значения, я просто хочу, чтобы это прекрасное кино посмотрели все, кто может его оценить, - а он может.


Такова волшебная сила Светлячка. God bless Joss Whedon.
starka: (DT&BP dance on set)
Сразу говорю, тут будет много бессвязных восторженных воплей и чужих фотографий. Так что если вы не любите Zorge так как люблю их я или просто не в курсе, что это за слово такое, лучше под кат вообще не ходить.
Я предупреждала )
starka: (Default)
Сегодня я поняла эпохальное: я не помню больше номера телефона предполагаемой любви всей моей жизни. Я ещё вспоминаю его, но скучаю не по нему, а по тому, какой я была тогда.

Наверное, номера я уже давно не помню, просто задумалась об этом только сейчас.

Удобно быть такой бездумной блядью.
starka: (Default)
Наверное, я немного рано решила, что освободилась.
Сейчас вот сижу и слёзы ручьём. Мои любимые друзья спят, но даже если бы и нет - это их совсем не касается, и они ничем не помогут. Смотрю чужие фото, а там такие нечеловечески прекрасные существа, что не получается не плакать. И по странной прихоти воспалённого мозга не могу не думать о том, что у меня даже фотографий совместных не осталось. Оно, наверное, и к лучшему, но всё-таки.

Отправив своего мужчину к его бывшей девушке, чтобы он её успокоил (она уезжала через пару дней в другой город, и ей было крайне плохо), я слушала плеер минут тридцать, не ложилась спать - ждала сообщения о том, что он добрался до неё без проблем, ночь всё-таки, и город гопников, а у него чудная способность притягивать неприятности. Уже потом, задним числом, когда он ушёл к ней и её ребенку, зачатому той самой ночью, я вспомнила, что слушала тогда "Чёрную флейту" Арефьевой. И подивилась злой иронии судьбы. Это ж надо было так точно...

Я вырезала из чёрного дерева тонкую флейту
C одним лишь звуком, но на все голоса.
На всех языках она могла говорить
Одно лишь слово, но очень тихо и тайно
тихо и тайно.

И я играла на ней всю полярную ночь до утра,
Земля обошла оборот и пришла на рубеж,
Нежная флейта, я ей сказала: пора.
Я разрежу тебя на тысячу стружек вдоль нежного твоего нутра -
Я сказала себе - пора, режь,
Я сказала себе, пора, режь,
Я сказала себе: пора, режь,
я сказала себе...

Так нужно, так убивают любовь,
Так земля принимает мёртвых зверей,
Так отпускают на волю пленных зверей
В посмертно свободных мирах.

Там, где ни пера, ни пуха, ни крови -
Игра моей флейты для тонкого слуха,
Звериного уха, что ловит тончайшие шелесты духа стиха.

Болей моей болью, согрей себя насмерть мной,
Я приготовлю для кражи
Всё, что важного есть у меня -
Всё, что горит - для огня,
Всё, что болит - для врача -
Не плача и не крича,
Соберу воедино жизнь для палача
мне не страшно.

Я не посыплю пеплом главу, я смолчу,
Не ударюсь оземь и человекоптицею не взлечу -
Я тихо и нежно разрежу чистую флейту на стружки,
Ни в чём не повинную флейту с одним звуком.

Я занесу свою руку с ножом - так нужно -
Оружие жизни, орудие боли - над грудью стрела,
Без ужаса стужи, без красной лужи под сенью стола -
На волю из боли светла и прекрасна дорога легла от прямого угла!

Я не больно тебя вскрою, скажи мне в последний раз
Свой единственный звук, своё тихое слово -
Я болею тобой, я убью тебя, всё будет снова!
Прости меня, флейта.
И флейта сказала:
Люблю.


И что вот с этим делать?
starka: (Default)
А знаешь, зверёк, я так хочу сказать тебе спасибо за всё. За то, что ты со мной сделал, за то, как ты меня изменил, за то, что ты помог мне понять. Но я не могу. У тебя другая жизнь, да и я, наверное, сейчас совсем не тот человек, которого ты когда-то полюбил. И звонить/писать тебе нельзя. Потому что гордость, потому что слово.
Но когда я гуляю по ночному лесу под дождём в одиночестве, я всё-таки думаю о тебе. И хочу, чтобы именно ты был рядом.

Может быть, в жизни каждого человека бывает такая встреча, такие отношения, которые переворачивают всё внутри, заставляют измениться, приобрести что-то новое и другое. Мне повезло, что именно ты мне встретился, и именно так на меня повлиял.

Я так хочу сказать спасибо, но не могу. И это крайне грустно.
starka: (Default)
Знаешь, любимый, я недавно гуляла возле католической церкви. А ведь я до тебя о её существовании и не подозревала. И подумалось - странные всё-таки у меня воспоминания о времени, проведённом с тобой.

Я почти не помню наших обычных дней. То есть я знаю, что мы делали просыпаясь вместе, что - вечером после работы, что перед сном. И я знаю, что это были действительно очень счастливые часы и минуты. Но не это главное.
Зато я помню, как выкуривала полпачки сигарет трясущимися руками и бродила по округе в домашней одежде: ушла после ссоры и гуляла, пока не успокоилась, хорошо хоть в кармане оказались деньги на сигареты и пиво, не до сборов мне было.
Помню, как собирала руками осколки люминесцентной лампы, которую ты разбил после моих идиотских придирок на пустом месте (я никогда не умела ревновать к девушкам, зато ревность к прошлому как таковому - о да, это моё слабое место), попутно пытаясь поглубже порезаться тонким стеклом, уж очень было интересно, действительно ли это так опасно.
Помню, как в Красноярске убегала подальше от друзей и долго говорила с тобой по телефону, умирая от волнения - конечно же, ты умудрился вляпаться в серьёзные неприятности именно в моё отсутствие. И как курила там же в окно во время ливня, абсолютно ни черта не соображая - ты очень долго не брал трубку, и это после такой кровопотери.
Помню, как зашивала тебе рану обычными иголкой с ниткой, а ты терпел... а потом сказал спасибо, что не побоялась. Помню твои шрамы - я только с тобой прониклась смыслом дурацкого в общем выражения "шрамы украшают мужчину".
Помню, как целовала тебя, с тремя новообретёнными шрамами - на лице, руке и рёбрах, с оставшимися хорошо если тремя литрами крови, а у тебя дыхание перехватывало и глаза безумными становились, и плевать было на раны и на кровь.
Помню, как ты смотрел на меня - мы и знакомы-то тогда были месяца полтора - и плакал, почему-то одним глазом, а на испуганный вопрос "ты чего?" ответил "ты очень красивая".
Помню, как ты в самый первый раз попросил меня уйти, а я не смогла, и вовсе не потому, что надеялась чем-то помочь, а потому, что сама бы умерла от волнения под дверью - уж лучше быть рядом и всё видеть. Помню мои частые синяки, и какой-то совсем невыразимый ужас в твоих глазах, когда после приступа ты их видел: ты так боялся причинить мне боль, мой нежный зверёк, и не догадывался, что никакой физической боли я не боюсь, куда страшнее остаться без тебя - совсем.
А ещё помню, как мы ехали в троллейбусе на работу, и уже тогда я знала, что совсем скоро нам придётся расстаться, а ты как-то так повернул голову и улыбнулся, что у меня перехватило дыхание - я никогда никого красивее не видела.
Я помню всё это картинками.

И знаешь что? Мне наплевать, что это была далеко не самая безоблачная жизнь, и есть люди, которые, расскажи им некоторые подробности, покрутили бы пальцами у виска, а чего доброго, и вызвали бы добрых больших дяденек с красивыми белыми рубашками. В этой жизни было так мало нормальности, что странно подумать, мы жили от приступа до приступа, не зная, чего ждать завтра, но - это была наша жизнь. Мы были вместе, и - не знаю как ты - я лично не боялась ничего и ни о чём не жалела.

И я счастлива, что это у нас было.
Спасибо, любимый.
starka: (Default)
Согласно Элизабет Кюблер-Росс, больной проходит пять стадий умирания:
- отрицание;
- гнев;
- торг;
- депрессия;
- принятие.


Отрицание я проходила ещё до расставания, сразу же после того, как узнала о беременности его бывшей девушки. Я не то чтобы не хотела в это поверить - я просто не могла, мозг отказывался воспринимать это как реальность.
Гнев был примерно тогда же: я ненавидела беременных женщин и маленьких детей (к слову, это и до сих пор не совсем прошло; только теперь это не ненависть, а страх - боюсь я их).
Торг начался, когда он уже решил уезжать к ней в другой город. Мол, ну может, не навсегда, или может, я поеду с тобой, или может, она пускай приедет сюда и мы ей снимем отдельную квартиру, а ты будешь к ней приезжать, а может... Бред, да, но иначе не получалось.
Когда она приехала сама и мне пришлось вернуться к маме, началась депрессия. До-о-олго не проходила.
Принятие, кажется, происходит сейчас.

А это значит, что та я умерла.
Жаль, она была неплохой и такой счастливой девочкой.
starka: (Default)
По-моему, я становлюсь лунатиком.
Во-всяком случае, это очень странно - ложиться спать в 12 без нижнего белья, а просыпаться в 3.30 в нём, причём с твёрдым ощущением, будто в промежутке происходило много всего интересного (а спала я между тем одна).

А ещё что-то во мне очень сильно изменилось.
Ещё летом я просыпалась от снов, в которых фигурировал мой любимый человек со своей новорождённой дочкой, с жутким желанием немедленно перестать жить. Это было странно: ложишься спать вроде в нормальном настроении, да и ничего особенно плохого от грядущего дня не ожидаешь, но просыпаешься - и сразу же охота здохнуть. То есть вообще сразу. Никакого тебе переходного периода, никакой даже малейшей мысли о том, а откуда, собственно, такое настроение. Просто просыпаешься - и тебе уже плохо.
А сегодня утром проснулась с чувством чего-то очень-очень хорошего и светлого. Стала думать почему и вспомнила - мне же Серёга снился, с дочкой. И как-то стало понятно, что именно этому и радуюсь.
И это ещё более странно.
starka: (Default)
Мы сделали практически всё, что положено делать в случае разрыва.

Я через две недели сменила работу.
Он на месяц позже тоже.

Он сменил номер мобильного.
Я нашла новых друзей.

Я коротко остригла волосы и выкрасилась в рыжий цвет.
Он переехал на другую съёмную квартиру.

Он вынул серьгу из уха и стал чаще носить костюм - работа обязывает.
Я наконец-то сбежала от мамы и стала жить одна.

И это всё ровным счётом ничего - ничего - не изменило. Что, чёрт побери, что ещё нужно сделать, чтобы забыть его, перестать надеяться впустую и начать жить дальше?

Да, я знаю. Нужно всего лишь забыть, перестать, начать.
Хочется заболеть какой-нибудь смертельной болезнью - может, хоть это бы облегчило задачу?
starka: (Default)
Вот ведь какое дело. У меня есть друзья, есть родственники, есть знакомые.
Любой из них может куда-то пропасть, не звонить, не появляться в аське, не отвечать на смс-ки. Меня это вряд ли будет тревожить.
Если мне позвонит друг и скажет, что он напился, но до дома надеется добраться своими силами, я поболтаю с ним, а потом лягу спать. И не буду волноваться, как он там и удачно ли закончилось его путешествие. Любой друг, даже самый близкий.
Но есть один человек, за которого я буду волноваться в любом случае, даже если у него всего лишь простуда. Волноваться и не знать, куда себя деть, если он не звонит и не появляется после такого вот полночного путешествия домой навеселе.
Думается мне, этому есть только одно объяснение. И степень привязанности тут вовсе ни при чём, потому что друзья мне важны не меньше. Это - ответственность. Когда-то этот человек был моим, и я всё ещё именно так его чувствую. Собственность порождает ответственность. А кроме него никто мне не принадлежит. Он уже тоже, но это осознать пока не получается.

Блядство, что я ещё могу сказать.
starka: (Default)
У меня прежде не было своих кошек. Жить с ними приходилось, и неоднократно. И подолгу. То они с мной, то я с ними. Но своих - не было.
Была Ксюха. Ксюха была сиам - в худшем смысле этого слова. Как только её принесли к нам домой, она тут же выбрала себе личное кресло. Согнать её оттуда ребёнку (мне то есть) представлялось невозможным делом. Она не то чтобы кусалась и царапалась... просто продолжала запрыгивать на кресло, кто бы там ни сидел. И устраиваться на этом человеке самым неудобным для него образом. Приходилось уступать ей место. Однажды, когда мы с мамой уехали в Красноярск в гости, у Ксюхи началась весна (хотя мне помнится, что календарно была осень). Сестра говорит, она орала круглыми сутками. Но сестра - человек железной выдержки, ей как-никак со мной жить приходилось. Ксюхе пришлось смириться.
Потом был кот с каким-то странным египетским именем, хотя сам он был перс. Кот этот был почему-то запуганным, хотя мы ничего такого с ним не делали. Кот иногда страдал расстройством желудка и срался под телевизор. Демонстративно. Если на него начинали ругаться, он испуганно уползал. Не переставая при этом сраться. Поэтому мы выбирали наименьшее зло - пусть уж он лучше нагадит в каком-то одном месте, к тому же видном. Из под кроватей убирать было гораздо сложнее.
Были кошка и кот любимого. Кошке было в общем на меня наплевать, но моя спина в качестве лежанки ей почему-то крайне нравилась. А кот меня принципиально не слушался. Я так думаю, они ко мне не очень-то хорошо относились, потому что рядом с их хозяином должна была быть совсем другая девушка - их хозяйка. И они за это мстили - и ему, и мне. Кошка потом беременная навернулась с балкона, отбиваясь от домогательств кота. А кота на следующий день выкинули за то, что нассал на монитор. Любимый сказал, что вообще собирался его утопить, но не решился. А мне потом всё время хотелось завести котёнка - чтоб был наш. Эти кошки моими не были, и никогда бы не стали, сколько с ними ни проживи рядом. А любимый отказывался. Это было обидно, но как выяснилось, он был прав - куда бы мы этого котёнка теперь девали? (если честно: то, что он был прав, ещё обиднее. Будто бы он заранее знал, что так будет, только мне не говорил. Хотя почему "будто"? он ведь и знал).

И всё это время мне было решительно непонятно - за что можно любить кошек? Ну да, прикольные, красивые, можно погладить, но - любить?
Теперь начинаю понимать. Своё любить проще. Рыжий - он мой. Мне надо за ним ухаживать, кормить, гладить, играться. И мне всё это, как ни странно, нравится. Нравится рассказывать о нём, нравится смотреть, как он бесится, нравится, когда он валяется на столе, сложив лапы на клавиатуру, и урчит. По-настоящему нравится.
Мама хихикает - мол, завела себе ребёнка. Племяш тащит Рыжего в прихожую мне навстречу и вопит: "Смотри, твоя мама пришла!". Что-то в этом есть.
Рыжий не заменит мне того, кого нет... но он хоть полностью мой.
starka: (Default)
Выкидываю старые дневники с дурацкими мыслями и признаниями, открытки от школьных и университетских друзей, магнитофонные кассеты с описаниями некогда казавшихся интересными событий, записные книжки с номерами давно не нужных мне людей, чищу контакт-лист в аське.
Это легко. Это уже далеко, уже неинтересно, уже не трогает. Выкидываю из жизни, просто чтобы не валялось по шкафам да уголкам памяти, не занимало места, не захламляло.
Это - легко. Трудно вырвать из себя то, что не хочет уходить само. Обнимает за сердце, цепляется когтями за душу, питается живой кровью, иссушает мозг, говорит и думает за меня, говорит со мной, говорит - всё ещё может быть, нам же неплохо вместе, ну на самом деле неплохо, ты подумай, бывало же и хуже, бывало и больнее, бывало и холоднее, холоднее, когда ты знала, что одна, и никому не нужна, и никто не придёт, и не обнимет, и не позвонит, и не поймёт как паршиво, а теперь есть, и пусть далеко, и пусть не с тобой, но есть, и руки сильные есть, и пальцы длинные есть, и улыбка несмелая с морщинками в уголках глаз есть, и помнишь, как он забыл дышать, когда назвала в первый раз: "Любимый!", и он любит, ну или любил, какая разница теперь, но ты же знаешь, это не просто так, это не всем так везёт, а у тебя было, у нас было, у нас есть - и говорит, говорит, и я слушаю, не могу не слушать, верю, знаю, роняю слёзы, пытаюсь жить дальше с этим в сердце, всё равно больше никуда не деться, надо как-то учиться.
Не могу. Не могу вырвать, боюсь, не умею. Буду ждать, пока само отойдёт, отвалится, станет прошлым.
starka: (Default)
По пути с озера в город мы попали под удивительный ливень. Он шёл полосами и только над частью дороги. Непривычно было смотреть, как полоса воды движется навстречу машине, и внезапно на лобовое стекло обрушивается небывалой силы поток. Иногда он чуть стихал, иногда усиливался до невообразимости. Такого ливня мне давно уже не приходилось видеть. Дорога выглядела и вовсе странно: от неё рикошетом отлетали брызги, и казалось, что едешь по кипящему потоку. Потом полоса закончилась, туча осталась позади, а на небе были прочерчены тёмно-серые полосы дождя.

И вдруг стало до невыносимости ясно и остро понятно: чудо таких мгновений - и не чудо вовсе, если рядом нет человека, с которым хочется поделиться впечатлениями. Как будто та часть тебя, которая умеет всему этому радоваться, где-то совсем в другом месте. Деймоны, говорите? Ну да, что-то вроде...
starka: (Ветер)
Красные глаза, распухший нос. Нижняя челюсть всё время выдвинута вперёд - это я так пытаюсь сдерживать слёзы. Ни фига не получается, если честно.
Конечно, какое-то время можно притворяться, что всё в порядке. Но, признаться, уже надоедает. Перед кем и зачем? Да и плохо выходит.
До встречи с Ним у меня всегда было ощущение себя как абсолютного нуля. Ни черта не умею, ни черта не хочу, совершенно ничем не увлекаюсь. Пустое место, одно слово.
Мне на всё наплевать в этой жизни...
С Ним мне это просто было похуй. Да, не умею, да, не хочу, да, не стремлюсь. А мне и так хорошо. И не просто хорошо - офигительно. У меня есть Он. А я - у Него. И хватит.
...Единственное, на что мне не наплевать - это то, что мне на всё наплевать (с) Лесли Гибсон, "Особо опасен"
А мне теперь и на это наплевать. Теперь я даже не нуль - я минус.
Наверное, некоторые люди просто рождены быть чьим-то дополнением. Несамодостаточными.

Плеер умница. На мой мысленный вопль "Пельменную! Сейчас! Немедленно!.." он именно её и выдал при рандомной перемотке. Депрессовать - так уж под соответствующий саундтрек.

О боги, боги, за что вы наказываете меня?
starka: (Default)
Дождь идёт уже несколько дней почти без перерыва.
Сегодня меня разбудил шум ливня. Живу я в панельной десятиэтажке, но звук был таким, будто сплю в палатке под сильным дождём.
По улицам бегут потоки. Люди уже даже не стараются делать вид, что обходят лужи, топают прямо по щиколотку в воде.
Мама каждое утро пытается уговорить меня взять с собой зонт. Я не поддаюсь - не люблю зонты.

Это было бы чудесное время... если бы этот дождь был на двоих. Можно было бы вечером гулять, возвращаться промокшими домой, выпивать горячего чаю и ложиться спать, согревая друг друга. Или устраиваться на кухне и читать вслух друг другу книги под шум дождя. Или... вариантов бесконечно много, но все они утрачены.

Когда на двоих, вообще не так важно, чем именно заниматься. И какая при этом погода.
starka: (Ветер)
Сколько мы не виделись - две, три, четыре недели? Сколько не виделись до этой последней встречи, дурацкой, холодной и никчёмной? А сколько - до неё? Сколько уже я не имею права считать тебя своим? Сколько времени прошло с той последней недели января, когда сердце было вырвано из меня и отдано на растопку чужого счастья? Сколько в этих месяцах дней? А часов, минут, секунд? Считать надо в секундах, потому что боль - каждую секунду, боль и неизгоняемые мысли.
Говорите, боль со временем пройдёт? Так с каким временем?
Это как некоторые болезни: сами не пройдут. А если никто пока не знает, как именно лечить? Доктора советуют кровопускания, родные ахают, больной лежит и ждёт смерти, потому что ему уже до ужаса надоели эти доктора и эти кровопускания. На некоторое время становится лучше, а потом - ещё хуже, потому что ты уже немного отвык от боли. И двустороннюю пневмонию пиявками не вылечишь.

Пускаю кровь. Жду... чуда?

Я не могу представить твоего лица. У меня хорошая зрительная память, у меня плохое воображение. Образы не хотят появляться, им неуютно в темноте и пустоте под моими опущенными веками. Неудивительно - мне там тоже неуютно.
Я не могу перестать о тебе думать.
Я не могу забыть тебя.
Хочется просить: уйди из моей головы, ну пожалуйста, ну сколько можно? А ехидный голос подсказывает: твоя голова, ты и отдувайся.
Моя голова. Моё сердце. Моя боль.
Да.
starka: (Default)
Ну вот и свершилось.
Чёрт.
К посту, в котором говорю о любимом, ставлю метку "Из прошлого".
На самом деле, я этого не хочу. Но рано или поздно придётся, да?..
starka: (Default)
Знаете, очень обидно осознавать, что шанс на долгую и счастливую жизнь вместе со своей второй половинкой, который большинству людей на этой планете вообще никогда не выпадает, а мне попался сразу же, был так бездарно проёбан. Второй раз такой удачи уже не будет.
А что жизнь была бы именно неописуемо счастливой - в этом я не сомневаюсь. Как и в том, что этот человек - вторая половина меня. Даже, пожалуй, не половина, а большая часть. Это очень легко понять - когда рядом с кем-то чувствуешь себя правильно, на своём месте.
Остаётся утешаться тем, что это судьба - свела и развела вновь. Только вот знать бы: с какой, во имя всех богов, целью?..
starka: (Default)
Вчера был первый в моей жизни день защиты детей без ощущения своего праздника. Пришедшая было с утра мысль "вау, сегодня меня..." быстро смоталась, не дойдя даже до слов "...должны защищать", почувствовав свою абсолютную неуместность.
Не потому, что мне пришлось повзрослеть. Нет, взрослым человеком я себя не чувствую. Да и вряд ли когда-нибудь почувствую. Просто что-то детское ушло из меня... то самое, которое позволяло радоваться жизни безмятежно и без мыслей о будущем.
А ещё потому, что очень часто мой любимый человек мне говорил, что я ребёнка и меня надо защищать и оберегать. Теперь, без него, это уже не звучит.
starka: (Default)
"Не моя девушка" - эта фраза звучит куда лучше, чем "мертвая девушка", ты не находишь?.. - говорил не в меру мудрый сэр Джуффин Халли своему расстроенному очередным вывертом судьбы воспитаннику. Ибо вопрос стоял именно так: либо моя и мёртвая, либо не моя и живая.
Вообще-то я теперь тоже понимаю, что... даже не лучше, а утешительней. Но вовсе не потому, что у хорошей дружбы есть свои преимущества перед страстью, какая уж тут дружба.
Просто если человек мёртв, то - всё. Во всяком случае в этом мире его уже не будет.
А если жив, всегда остается надежда... кроме смерти ничего окончательного нет, ведь так?

От надежды, ясен пень, больнее. Но без неё совсем невозможно.

Profile

starka: (Default)
starka

March 2014

S M T W T F S
      1
2345 678
9101112131415
16171819202122
23242526272829
3031     

Syndicate

RSS Atom

Most Popular Tags

Style Credit

Expand Cut Tags

No cut tags
Page generated Jul. 22nd, 2017 10:36 pm
Powered by Dreamwidth Studios